13 лет назад 1 ноября 2006 в 13:06 136

Уважаемый Мах G. Brain! Для начала позвольте выразить свое уважение относительно вашего письма, опубликованного в предыдущем номере. Письмо удалось. Теперь у меня есть возможность высказать ряд контраргументов, призванных внести некую ясность касательно моих соображений по поводу звукозаписывающей индустрии, пиринговых сетей, авторских прав и пиратства. Цитаты в кавычках – ваши, остальной текст – мой. Получился этакий… дискуссионный эдиториал.
Поехали.

Начну я, пожалуй, с вашего замечания, которое звучит следующим образом: “Тезис о том, что звукозаписывающие организации – это недруги прогрессивного музыкального интернет-сообщества, вовсе не так очевиден, как может показаться”.
Хотелось бы отметить, что ни из одной из моих статей нельзя сделать вывод, что я считаю звукозаписывающую индустрию недругом прогрессивного музыкального интернет-сообщества.

Собственно, в одной из статей я уже говорил, что “все палки, которые у индустрии есть, она с удовольствием вставляет в колеса пиринговым сетям. Безусловно, в этом месте можно встать и немного пораспинаться на предмет того, что так им и надо, шакалам позорным, потому что нечего зарабатывать свои грязные доллары на чистом и светлом искусстве, однако делать я этого не буду, потому как это глупость все чрезвычайная.

Если бы не было этой самой многократно всеми охаянной за жадность и коллаборационизм индустрии звукозаписи, то 99 процентов той музыки, что сегодня мы слушаем, мы бы не слушали, так как просто про нее не знали бы” (дожил – сам себя цитирует – прим. ред.).

Далее в качестве аргумента вы приводите любопытный факт, имевший место быть в биографии многих рекорд-лейблов: в середине девяностых они заключили с ведущими интернет-магазинами соглашения о продаже компактов со скидкой в 10-15 процентов, однако пользователи Сети проявили черствость и не стали покупать эти легальные компакты в больших количествах.

Я не думаю, что советы директоров звукозаписывающих компаний ненавидят потребителей, однако не могу не заметить, что подобный шаг навстречу пользователям Сети продиктован, главным образом, существенным запасом рентабельности такой продукции, как легальные компакт-диски, а вовсе не приступом альтруизма. Это совершенно нормально, потому что это бизнес, и думать из-за этого про целую индустрию хорошо (или плохо) я бы не стал.

Далее вы пишете, что, “только осознав тот факт, что, со скидками или без, остановить пиратство в Сети не удастся, рекорд-лейблы начали войну против пиринговых сетей, в частности Napster”. Тоже вполне вероятно, однако из этого следует, что рекорд-лейблы поначалу искренне планировали перекрыть кислород совершенно бесплатной музыке в формате MP3 с помощью продажи легальных компактов в Сети в среднем не за $20, а за $18. Экий… очевидно неоправданный оптимизм. Или я чего-то сокровенного не понял?

Цитирую: “Рекорд-лейблы и другие собственники не против какого либо формата как такового, они против нелегального распространения продукции и пиратства”. Это несомненно, но сейчас ситуация сложилась такая, что MP3 как явление процентов так на 99,9 – это аудиопиратство. Так с чем идет борьба? Со 100% аудиопиратства или 99% MP3? Разделить эти понятия в данном случае будет чрезвычайно сложно.

“Я знаю, как наши (российские) музыканты зачастую работают над альбомом, какого труда стоит все это записать и довести до ума <…>”.

Я охотно верю, что создание музыкального альбома – задача, требующая огромного, каторжного труда. Но все же, какое конкретно этот, безусловно, любопытный факт имеет отношение к формату сжатия аудио под названием MP3?

Далее – интереснее. Вы соглашаетесь со мной, что “только около 20% записей окупают затраты на производство, остальное оказывается почти никем не востребованным”. Затем вы говорите, что “это и есть механизм эволюционного отбора, в котором в живых остаются лучшие, остальные так или иначе будут вынуждены либо поднять качество своей музыки, либо окажутся не у дел” и “пользователь голосует за ту музыку, которая ему нравится, рублем”.

Я специально перечитал все три текста, что я написал про пиринг, и нашел только выражение согласия с вами, причем в разных формах. Да, вы правы, я тоже самое еще и в тексте написал. И? Так где по данному поводу у нас разногласия?

Вы говорите, что весьма спорен мой тезис о том, что “музыка, которая сейчас находится в ротации, с точки зрения эстетики, не выдерживает никакой критики”, и спрашиваете, могу ли я предложить объективные критерии классификации того, что является “отстоем”?
Да, безусловно, могу. Я считаю, что музыка, которая сейчас находится в ротации, в массе своей является абсолютным отстоем, с точки зрения эстетики, но не с точки зрения бизнеса. Во многом это происходит благодаря чрезвычайной нетребовательности существенной части населения земного шара. В свою очередь, во многом она в своей… хм… не утонченности не виновата, ее представители в среде такой выросли. Но и среда обитания таких товарищей не с неба упала, ее создали предыдущие поколения.

Иными словами, у этой цепочки “причина-следствие-причина” нет начала и конца, и обвинять одно из звеньев во всех бедах сразу несколько странно. Все молодцы, все приложили усилия. Другой вопрос, что можно, утешая себя этим, зарабатывать большие деньги на спорных, с эстетической точки зрения, вещах и чувствовать себя комфортно, а можно пытаться, претерпевая лишения, донести до сознания масс наличие в природе более сложных музыкально-композиционных построений, чем “Ай, ай, я летаЛЛа, ай, ай, что-то маЛЛо”, напеваемых двумя профессиональными моделями (помните, как у классиков “Песня профессионального танцора”?).

Какой из этих двух подходов правильный – честное слово, сам не знаю и советы давать не возьмусь. Одно могу сказать точно: для развития ситуации необходимы оба.

“Многие могут не принимать творчество Моне, Дега или Матисса, но от этого культурная ценность их живописи не уменьшится, хоть от этого она и не станет более массовой.

Масс-культура и культура в ее высоком понимании в современной жизни имеют мало общего. Но это реальность, и мы говорим как раз о массовой культуре, основным критерием качества которой как раз и является готовность потребителя выложить свои кровные за тот самый CD, DVD или любой другой носитель, против которого вы так выступаете”.
Я нервно перечитал свои тексты. Покажите мне, пожалуйста, место, где я выступаю против носителей? И вообще, как вы себе это представляете – выступать против носителей? Орать: “Долой носители!

Да здравствуют не носители?” Я не выступаю против них, ибо это было бы как-то странно. Я лишь не вижу необходимости делать сочувственно понимающее лицо каждый раз, когда меня кто-нибудь в телевизоре или в журнале каком-нибудь грузит по поводу необходимости срочно сменить формат, в котором у меня записана вся музыка. Дескать, AudioCD десять лет назад, когда его мне продали, был хороший, а теперь стал плохой. А MP3 изначально плохой был. И не обращайте внимания, что у вас в этом формате двести гигабайт музыки.

Подумаешь, что все то же самое, но легальное и на AudioDVD, будет стоить… мне даже считать страшно сколько.

Понимаете, мне просто не хочется менять используемые форматы, они мне искренне нравятся. У меня есть музыкальный центр, который умеет воспроизводить болванки с записанными на них MP3-файлами. У меня есть несколько болванок, сделанных мною собственноручно, и не надо мне никакого AudioDVD или чего угодно другого, даже с еще более модным названием. Я все понимаю, что жить индустрии надо и все такое, я же не против, но то, что мне объективно не надо, я все равно покупать не буду. Вы (это я про звукозаписывающую индустрию) мне лучше предложите музыку, которая мне нравится. Можно на старых, проверенных временем носителях.

О! Сейчас мы по этому поводу поподробнее побеседуем. Цитирую: “Рынок людей более-менее вменяемых охвачен уже давно”. В этом вы неправы. Тут и новейшие направления электронной музыки, которые привлекают людей от 18 до 35, и джаз, которому все возрасты покорны, и даже классика рок-н-ролла, как это ни странно. “До сих пор альбомы и “Beatles”, и “Rolling Stones”, и многих других монстров рок-н-ролла продаются по всему миру миллионными тиражами”.
Безусловно. Но не слишком ли много лет прошло с появления этих двух глубокоуважаемых мною групп, для того чтобы считать существование их записей на рынке заслугой нынешней звукозаписывающей индустрии?

Далее. С моей точки зрения (данную конкретную точку зрения я добыл в одном из академических учебников по стратегическому маркетингу и бизнес-коммуникациям, иными словами, не с потолка взял), довольно опасно считать продуктом товар произведенный, но не проданный. Я не сомневаюсь в том, что где-то кто-то на чем-то играет замечательную музыку, которая мне могла бы сильно понравиться и которую некая рекорд-контора даже любезно выпустила на компакте. Скорее всего, так и есть, просто по законам вероятности. Вот только почему эта контора мне не сообщила эту радостную новость?

Ведь я, как представитель этого самого затейливого сегмента рынка, потенциальный потребитель ее продукции. Задача любой производственной организации, вернее, ее подразделения маркетинга и PR заключается в том, чтобы потенциальный потребитель узнал о появлении нужного ему продукта на рынке одновременно с появлением у него возможности этот продукт купить. Так почему я не знаю? Почему я вынужден пополнять свою коллекцию электронной этники исключительно случайным образом, по принципу “шел в переходе – услышал прикольный звук – купил в надежде, что там целый компакт интересный”.

Предлагайте, я обещаю рассмотреть предложение.
Но рекорд-компании не думают, что я их потребитель. Где купить музыку, исполняемую какими-то господами, внешне очень похожими на дебилов, я знаю, так как мне об этом постоянно по телевизору рассказывают. А вот где купить музыку, которая меня бы развлекла, – не знаю. Кто виноват? Надо проявлять больше инициативы? Простите, господа, но кто на ком собирается деньги зарабатывать?

Рекорд-компании даже не пробовали искать подход к неохваченным ими аудиториям (надеюсь, что это временное явление). Таких, как я, на самом деле довольно много, просто мы смирные. А подобное поведение бизнес-структур на рынке, где ситуацией во многом управляет потребитель, является следствием либо крайней самоуверенности, либо некоторой недогадливости.

“Тезис о том, что 80% предлагаемой музыки потребитель не покупает, верен, но вот вывод, который Вы делаете из этого факта, абсолютно некорректен. Объясню ситуацию. Никто, в том числе и топ-менеджеры в рекорд-лейблах, не в состоянии предсказать, какая конкретно музыка будет покупаться через полгода, год или два. Это просто невозможно, как невозможно и формализовать и объяснить изменения музыкальных вкусов аудитории”.

Стоп, стоп, стоп – иными словами, отделов маркетинга и продаж в крупных лейблах нет вообще, и они руководствуются тем, что в России называется “авось”? Не может быть такого, хоть какой-то маркетинг в звукозаписывающей индустрии быть просто обязан.
“Именно поэтому и применяется метод “ковровых бомбардировок”, как Вы выразились. <…> Причем только за счет того, что 20% исполнителей окупают 80% неудач, они и имеют возможность эти 80% все же издавать себе в убыток, а значит, обеспечивать разнообразие на рынке и конкуренцию среди музыкантов”.

Иными словами, сложившееся соотношение удачных бизнес-проектов в шоу-бизнесе и неудачных (соотношение – один к четырем) всех участников рынка устраивает? Экие они… нетребовательные.
“Таким образом, пираты и p2p-сети ухудшают возможности для новых талантливых исполнителей выйти на официальный рынок звукозаписи, потому что если продажи рекорд-лейбла падают в два раза, он вынужден в два раза сократить расходы по поиску, привлечению, записи и выпуску альбомов новых музыкантов”.

Насколько мне известно, еще никто не сумел вывести никаких более или менее внятных зависимостей продаж легальных звукозаписей от действия пиринговых сетей. Пиратам в пиринговых сетях делать нечего – там денег не платят. Системы распространения продукции пиратов в принципе лейблам доступны. Однако лейблы пока предпочитают не замечать необходимости в игре по новым правилам, поэтому и обижаются. Более того, недавно я писал, что “хотелось бы сообщить всем поборникам идеи “задавим обмен музыкой – поднимем продажи компактов” интересную новость: появилась официальная информация, наглухо опровергающая такую точку зрения на проблему защиты авторских прав.

По данным исследования, проведенного одной крупной компанией, получается, что 60 процентов людей, которые покупают музыку и ее слушают, никогда ничего музыкального из Сети не скачивают, даже если у них такая возможность имеется. То есть для этих людей единственным способом заполучить музыку является ее покупка (возможно, покупка у пиратов, но на Западе с этим посложнее будет, чем у нас, так что это – аргумент энивей)”.

В данном конкретном случае имеет место быть некая подмена понятий. Так что – долой.
“В итоге страдаем все мы, так как новые музыканты (в том числе и талантливые) пытаются раскрутиться через интернет, что на порядок сложнее сделать самим и в отсутствии значительных капиталовложений практически невозможно. Единичные примеры раскрутившихся через mp3.

com, типа ППК, только подтверждают это правило, так как на несколько таких проектов приходится тысячи других, никому неизвестных и с миром почивших, но, возможно, не менее талантливых, музыкантов”.
Совершенно с вами согласен. Раскрутиться трудно в интернете, особенно если не умеешь этого делать. А какое это имеет отношение к пиринговым сетям?
“Вы сильно переоцениваете возможности интернета для рекламы и PR-компаний того или иного исполнителя. В пиринговых сетях реклама из p2p-клиентов зачастую вырезается самими пользователями, для этого существует масса средств, начиная от банальных мини-брандмауэров клиентского класса, фильтрующих контент, и заканчивая модифицированными p2p-клиентами. <…>

Уверяю Вас, заставить пользователя смотреть на эту самую рекламу в виде баннеров либо в любом другом виде является голубой мечтой многих рекламных агентств, но, к сожалению, способа для этого пока не придумали <…>”.

Согласен. Но я в этом не виноват! Я считаю, что подавляющее число проблем из области маркетинговых коммуникаций может быть решено путем инвестирования существенных финансовых ресурсов в существенные интеллектуальные ресурсы в условиях четко поставленной цели. Иными словами, если найти много умных маркетологов и дать им денег в комплекте с адекватно (именно) поставленной задачей, то они ее решат. Теми или иными средствами. Просто это довольно капиталоемкий проект, возможно, только поэтому он еще не запущен.

“Методика “вывалить в пиринговую сеть пару файлов нуждающегося в раскрутке исполнителя и нагрузить граждан идеей, что это круто” вообще не выдерживает никакой критики, ибо все пиринговые сети существуют за счет уже известных и раскрученных в СМИ (по телевидению, на радио) исполнителей, и качают их как раз потому, что они раскручены”.
Согласен.

“Убедить же пользователей в том, что вот я – это круто, а все остальные – фигня, пытаются вот уже несколько лет пользователи всяких сайтов для начинающих музыкантов типа того же mp3.com, да вот только не очень успешно <…>”.

Отсутствие таланта исполнителей, профессиональных команд поддержки и человеческого пиара способны похоронить не один миллион доморощенных певцов и групп, безотносительно к степени их талантливости.
“Пользователи лучше скачают то, что по радио и по MTV видели и слышали. Поэтому идея с раскруткой в пиринговых сетях, к сожалению, пока нереализуема <…>”.

Я думаю, что если бы размещение в Сети своей музыки было бы столь… обременительно для молодых музыкантов, они бы ее там не размещали. Следовательно, чем-то эта схема привлекательна? Я не говорил, что пиринговая сеть является идеальным средством раскрутки. Я имел в виду, что она может быть очень полезна в качестве одного из многих инструментов, применяющихся при продвижении нового исполнителя. Если у вас есть возможность рекламировать свое пиво в клубе, вы, наверное, не откажетесь рекламировать его еще и в летнем кафе?

“Теперь про продажу носителей. Как Вы, наверное, понимаете, продаются не носители, а интеллектуальная собственность. И никто в пиринговых сетях платить за то, что можно получить на халяву, не будет. Поэтому дело тут только в том, будет или не будет процветать пиратство в пиринговых сетях. На мой взгляд, очевидно, что будет. Причем это касается не только фонограмм, но и программного обеспечения, и фильмов. Варианты с вставкой рекламы в середину песен как средства хоть как-то коммерчески оправдать ее бесплатное скачивание также абсолютно неадекватны реальности.

Во-первых, это неприемлемо с точки зрения эстетического и художественного замысла композиции, за который Вы так ратуете, а во вторых, тут же будут созданы копии песен без рекламы или отредактированы уже имеющиеся, которые и будут распространяться в сети пользователями. Одну из песен на альбоме тоже делать рекламной бессмысленно, так как про нее так или иначе будет известно, что она рекламная, и слушать ее никто не будет. И альбомы будут в этих сетях распространяться в урезанном виде без рекламы – пользователи будет только за”.

По пунктам. Процветать пиратство будет везде, где для этого существуют экономические условия. Пиратство конкретно в пиринговых сетях – оно условное, ибо обмен данными в подавляющем большинстве случаев (и вы это знаете) происходит между физическими лицами, не стремящимися на этом заработать денег. Они просто меняются!

Вы хотите запретить обмен чего-либо на что-либо как категорию, и значит мне когда-нибудь не только файлами меняться, но и лицензионный компакт-диск с Enigma товарищу на диск Scooter не разрешат махнуть? Вы знаете, если такое когда-нибудь пролоббирует крупный бизнес я, наверное, в антиглобалисты подамся. Потому что первое уже будет хамством. Право обмена и право делать подарки – это, блин, вещи, основанные на благих традициях тысячелетий. Блин. Одно дело, когда именной гранатомет нельзя собутыльнику подарить или обменять на другой гранатомет, но песню…

В общем, давайте пиратов не будем путать с потребителями музыки, которым не очень интересно, на сколько процентов скачанный ими файл легален. Это с пиратами надо бороться, а потребителей надо любить. Даже если они, с точки зрения данного конкретного бизнеса, непутевые.

“Теперь о маркетинге в пиринговых сетях. К сожалению, корректные рейтинговые оценки в этом случае провести невозможно по трем причинам. Причина первая: на рейтинг той или иной композиции влияет степень ротации в СМИ, поэтому по степени скачивания той или иной композиции можно судить только о сиюминутном интересе к исполнителю, а не о долговременных предпочтениях пользователя, которые можно использовать в прогнозах <…>”.

Скажите, а неужели степень ротации в СМИ – настолько неподдающийся маркетинговой оценке параметр? В данном случае я действительно не знаю, потому и спрашиваю.

“Пользователи интернета весьма и весьма разнородны – тут и дети, и старики, и бизнесмены, и домохозяйки. Каждому из них нравится своя музыка. Определить, каким пользователям какая музыка нравится, очень сложно, потому как нет соответствующих технологий для того, чтоб их друг от друга отличить. А подробную информацию о себе пользователи предпочитают не оставлять”.

А знаете, почему пользователи предпочитают не оставлять о себе информацию? Потому что те топорные методы массового маркетинга, которые приняты в Сети, очень раздражают, это, я думаю, каждый пользователь ощущал лично на себе. Не надо интересоваться личной жизнью пользователей, надо узнавать, что им интересно и кто они. Этого будет достаточно.

Но вы правы в том, что на данный момент изменить отношение пользователей к попыткам узнать о них что-либо интимное практически невозможно.
“Как я уже говорил, на сегодняшний день не существует никаких методик тестирования, которые могли бы с большой вероятностью определить, провалится данная композиция или станет хитом”.

Вполне возможно. Однако разве это не повод попытаться их выработать наконец? Почему в большинстве случаев, к примеру, книжный рынок поддается оценке и анализу, а музыкальный – нет?
“Так что все гораздо сложнее, чем Вы думаете, уважаемый Remo. <…> Единственным выходом является повышение экономического благосостояния и сознательности наших граждан, которые, надеюсь, поймут, что воровство нормой в цивилизованном обществе никогда не было и быть не должно.

Наряду с этим, конечно, необходимо проводить карательные меры против нарушителей авторских прав в рамках существующего законодательства. Поэтому и законодательство нужно модифицировать, если это необходимо, для обеспечения прав собственности”.
Я убежден в том, что все сложнее, но очень общая оценка ситуации в рамках двух полос в еженедельном журнале жанрово существенно отличается от оценки в рамках маркетингового исследования объемом в 200 полос графиков и формул. Публиковать такого рода отчеты в журнале Upgrade – дело не очень перспективное, поэтому, возможно, некоторые существенные моменты были описаны в статье недостаточно глубоко.

Не работая в индустрии, не сталкиваясь ежедневно с проблемами той или иной отрасли, положительно невозможно давать достоверные тактические оценки происходящему в ней. Но, к счастью, экстраполяция знаний и умений с одной смежной области на другую позволяет высказывать не безоговорочно правильные, но зато старательно обоснованные и потому вполне вероятные предположения относительно причин и следствий.

Поэтому я не готов со стопроцентной уверенностью утверждать, что я прав. Любая индустрия существует за счет конкуренции между различающимися по идеологии группировками, и стратегическое доминирование одной из них в подавляющем большинстве случаев является следствием оправданного риска в процессе внедрения инноваций.

И вполне возможно, что консервативная звукозаписывающая индустрия внезапно будет разрушена появлением системы, которая позволит добывать деньги из процесса неконтролируемого обмена музыкой, который мы наблюдаем сейчас на просторах интернета в целом, а далеко не только в пиринговых сетях. 

Про отношение

На всякий случай, дабы не случилось недопонимания, вкратце опишу свое личное отношение к пиратам и правообладателям.

Я не сторонник пиратства, но и далек от мысли обвинять пиратов во всех смертных грехах. Именно благодаря пиратам, в том числе и музыкальным, в нашей стране после развала СССР граждане получили возможность слушать иностранную музыку и пользоваться иностранными программами. Компании-правообладатели пришли на рынок, уже относительно хорошо подготовленный пиратами, и именно за счет этого получили возможность заработать свои, возможно, не столь значительные, как хотелось бы, но все же деньги. Не будь пиратов, и в нашей стране Windows был бы раритетом, особенно за пределами МКАД.

Не будь пиратов, и в регионах никому и в голову бы не пришло покупать проигрыватели компакт-дисков. Зачем он такой красивый нужен, если один диск для него стоит не существенные для среднестатистического регионального меломана 70 рублей, а совершенно заоблачные 600? С другой стороны, действительно, деятельность пиратов сильно снижает возможные доходы отечественных музыкантов и вообще деятелей от звука. Это не очень здорово, но, как показывает практика, те, кому хочется, обычно эту проблему как-то решают.

Пиратство как явление есть следствие ряда действий граждан, находящихся на принципиально более высоких уровнях, чем это обычно принято считать. И попытка нападать на следствие в данном случае сопоставима с усилиями кошки, пытающейся загрызть насмерть метлу, которой ее выгоняют из-под дивана. Об метлу можно сломать зубы и ничего не добиться, в то время как, возможно, достаточно просто договориться с хозяином метлы…

Еще про отношение

…Может быть, всем лицам и компаниям, заинтересованным в скорой цивилизации музыкального рынка, следует перестать грызть метлу и для начала выяснить, кто же ей на самом деле метет? Потому что в подавляющем большинстве случаев попытки искоренения пиратства если к чему-то и приводят, то только к некоторому повышению цен на пиратскую продукцию, впрочем, незначительному, чтобы не отпугнуть подавляющего большинства потребителей.
Итого: я не за, но и не против пиратства, равно как не за и не против, к примеру, осени или дождей.

Надо лечить не симптомы, а саму болезнь, и если разрозненные усилия индустрий, страдающих от использования посторонними гражданами интеллектуальной собственности объединить, то эффект может быть очень неожиданным, особенно со стратегической точки зрения. Но думать про послезавтра как-то последнее время не модно, да и людей в этом обвинять странно, потому что мир меняется так быстро, что никуда не успеваешь уже сегодня. Возможно, кстати, это тоже является следствием чьей-то осмысленной политики.

Пираты, пиринговые сети и их пользователи уже есть. И я не верю, что экономически эффективным выходом из ситуации является линейное уничтожение всего перечисленного. По крайней мере, музыкантам лучше от этого не станет. Освободившиеся деньги до дна просто не дойдут, а рассосутся еще на верхних этажах, с одного из которых, кстати, и идет атака на пиринговые сети.

Краденые гигабайты

 
“И до тех пор, пока у нас остаются люди, радостно восклицающие: “Сто гигабайт краденой музыки на халяву – это же здорово!”, у нас будут проблемы в первую очередь с признанием нашей страны в цивилизованном мире”.

Люди, которые подписываются под подобной фразой, живут во всех странах мира, просто их разное количество, и живут они в совершенно разных условиях.

Объединяет их только одно: они не испытывают угрызений совести, слушая скачанную или взятую у кого-то и переписанную музыку.

Помните, когда только появились двухкассетные магнитофоны, сколь резкими были возражения против этих механизмов со стороны рекорд-компаний?

А когда появились домашние видеомагнитофоны…

Каждый раз, когда потребитель получает очередную степень свободы при обращении с контентом, каким бы он ни был, индустрии, производящей этот самый контент, приходится либо перестраиваться, либо уступать место новичкам.

Если уж некая индустрия не в состоянии выжить – значит неэффективная она.

 

Иными словами

 
Давайте попробуем посмотреть, какие шаги предпринимает в плане борьбы за доходы легальных производителей индустрия игр в нашей стране.

Придумана шикарная вещь – продавать лицензионные игры в упрощенной упаковке (совсем как у пиратов, только качественнее) по цене, превышающей стоимость пиратского компакт-диска несущественно – раза в полтора.

Инициатива имела большой успех у потребителей.

Теперь, особенно когда наши официальные локализаторы небезуспешно стараются проявлять оперативность в подготовке легальных продуктов, пираты этими играми в массе своей не торгуют.

Потому что невыгодно. Я далек от мысли подозревать нашу игровую индустрию в безудержном альтруизме (это тоже серьезный бизнес), следовательно, можно предположить, что подобная политика себя оправдывает.

Вопрос: аналогичные маркетинговые инициативы применительно к звукозаписывающему бизнесу неприменимы? Разумеется, после соответствующей адаптации к особенностям рынка.

Если у потребителя будет возможность приобретать красивые компакты за разумные, по его меркам, деньги (а его мерки уже сформулированы пиратами), думаете, он откажет себе в удовольствии поставить их на полочку и радоваться им? Сомневаюсь.

Только ему предлагают музыку по 500 рублей за компакт. “Не велика ли наценка на обложку, – думает потребитель, – а не слипнется ли?”

Именно так среднестатистический потребитель и думает.

Ему совершенно искренне наплевать на то, из чего складывается себестоимость компакт-диска, а попытки объяснить это все ему, да еще заодно и воззвать к его совести, заранее обречены на провал.

Никто не любит, когда его называют вором, а потом еще и пугают всякими страшными карами.

Remo

Никто не прокомментировал материал. Есть мысли?