12 лет назад 26 марта 2007 в 15:37 108

У работы в журнале UPgrade, как и у любой другой работы, есть плюсы, минусы и особенности. Плюсов гораздо больше, чем минусов, а к числу особенностей надо отнести то, что в жизни сотрудников еженедельника многое случается неожиданно.

Epson
Как следствие, именно неожиданно сразу две компании позвали меня в пресс-туры (см. врезку на стр. 5). Сперва мне позвонили из Epson – пригласили на форум под названием Epson Exceeding in Culture, который должен был пройти в Берлине в самом конце февраля. Организаторы обещали показать разные технологические новинки Epson, в том числе электронную бумагу, к которой у меня отдельный личный интерес, а также компания хотела собрать на форуме большое количество своих топ-менеджеров и вольнонаемных экспертов, с тем, чтобы они рассказали много любопытного и познавательного о том, в чем именно видит смысл своей деятельности славная компания Epson.
После некоторых колебаний (не из-за кокетства душевного, а из-за огромного количества дел вообще и в редакции в частности) я согласился попутешествовать и относительно неспешно начал собирать документы на визу и заниматься прочими приятными хлопотами.
Еще неделю спустя, в разгар подготовительных работ, мне позвонили из компании AMD и позвали в другой пресс-тур – на завод Ferrari. Это, казалось бы, не относящееся к компьютерам мероприятие AMD организовала потому, что является спонсором команды Ferrari, сделала для нее специальный дата-центр и вообще они «дружат семьями». Я как-то с разгону тоже согласился, ибо где одна поездка, там и вторая. К тому же выяснилось, что первое мероприятие будет проходить 27 февраля в Берлине, а второе – 1 марта в Модене, рядом с Миланом, а значит, даже возвращаться в Россию не понадобится, можно будет полететь в Италию на чем-нибудь вроде самолета авиакомпании типа «лоу-кост». Забегая вперед, скажу, что я действительно научился летать «лоу-костами», о чем написано в специальной врезке на странице 7. Надеюсь, мой опыт будет полезен многим.
Впрочем, логистика мероприятия все равно усложнилась принципиально. После длительных переговоров с отвечавшими за происходящее сотрудниками вышеупомянутых компаний (честь им и хвала за долготерпение и готовность помогать!) в конечном счете была выстроена сложная, но интересная схема, позволившая мне посетить оба мероприятия за одну поездку в Европу.


Подготовка прошла по графику, не считая одной маленькой детали. Добрые люди, которые взялись в кратчайшие сроки сделать мне шенгенскую визу, сначала обещали визу одной страны (немедленно были куплены билеты туда), потом внезапно сказали, что раздобудут визу другой страны (билетов туда куплено не было), и под конец человек привез мне паспорт с визой третьей страны (о которой вообще речи не шло и куда билетов тоже не было). Впрочем, это были страны Шенгенского договора, так что проблем на въезде вроде бы не предвиделось, но волненье все равно ощущалось.


Кончилось дело тем, что в Берлин я прибыл на польском поезде дальнего следования, имея за плечами перелет в Европу и шесть часов очень тесного общения с группой индийцев, которые тоже ехали в Берлин и которым не следовало злоупотреблять ромом в поезде, ибо напились они стремительно. Путешествие через пол-Европы на поезде в компании пьяных индийцев – занятие крайне познавательное, особенно если хоть иногда смотреть в окно.
А туда смотреть надо. Европа – это очень интересное место, которое в последнее время меняется на глазах. Очень аккуратные пейзажи, мусор, старательно разложенный геометрически правильными кучками, красивые граффити на строениях рядом с железнодорожным полотном, смешение рас, национальностей и языков вокруг. Да, в каждой европейской стране традиционный для нее язык, безусловно, еще остается доминирующим, но у меня сложилось четкое впечатление, что двух диалектов, International English (это вовсе не классический английский) и International Arabic (это вовсе не классический арабский), достаточно для того, чтобы худо-бедно объясниться где угодно. Впрочем, в отдельных местах, особенно тех, что победнее, арабский даже предпочтителен. А порой и безопаснее.
Среднестатистическая европейская электричка – это ни разу не состав из Монино. В ней комфортабельные кресла, нормальные кондиционеры, чистые и мягкие сиденья, заботливые проводники и отличная система информирования пассажиров о происходящем, то есть в поездах действительно удобно ездить. Правда, и население Европы бережнее относится к собственности железнодорожных компаний, чем наше.


Именно в такой электричке, созерцая живописно разрисованные дома континентального Евросоюза, я прибыл на Центральный вокзал Берлина и с некоторым облегчением расстался с развеселыми индийцами, которые мечтали продолжить банкет. Сразу оказалось, что он, вокзал, по меньшей мере трехэтажный и что поезда прибывают сразу на несколько ярусов. Привыкаешь быстро, но, когда в первый раз на то, что показалось мне пешеходным ярусом, прямо у меня над головой въехал поезд (со всеми полагающимися спецэффектами), я аж присел.
Микроавтобус Epson быстро привез меня в модный отель, где я встретился с коллегами из постоянно читаемых мною изданий РБК и «Эксперт» (спасибо за компанию, коллеги, респект и уважуха!) и директором по маркетингу московского представительства компании Epson Europe B.V. Ольгой Подколзиной, которая любезно взяла на себя роль нашего гида и два дня следила, чтобы у нас все было хорошо.
Позже был ужин с группой журналистов из разных стран и десятком топ-менеджеров компании Epson. Люди собрались самые разные, зато веселые, поэтому ужин прошел в непринужденной атмосфере, царил дух товарищества и взаимопонимания. Правда, все были довольно прилично одеты, а я, как обычно, явился на мероприятие в трансовой майке, джинсах и кроссовках, но ничего, вроде бы никто против не был.
Разумеется, после ужина у меня возник соблазн немедленно уйти в берлинскую ночь и посмотреть, как тут принято отдыхать после дневных трудов, но на следующий день было запланировано очень много важных дел, поэтому я смирно ушел к себе в номер, подивился количеству дверей в туалете (по одной слева и справа, еще бы две – и спектр возможностей по передвижению был бы полным!) и отправился спать, тем более что телевизор в номере по каким-то причинам не работал, а интернет в модном отеле, где мы жили, оказался драматически дорогим.
Программа мероприятий на следующий день подразумевала ранний подъем и прогулку в сторону бизнес-центра рядом с отелем. На входе в здание нам выдали чрезвычайно умно сделанные беджики на магнитах (я их коллекционирую, поэтому очень обрадовался), сумки с набором разных материалов и препроводили на Выставку достижений корпоративного хозяйства им. Epson.


Признаюсь честно: я пропустил это событие, но какое-то время назад Epson стала частью корпорации Seiko, поэтому сегодня достижения обеих организаций считаются общими. Как следствие, на мероприятии Epson показывали поразивший меня наручный телевизор Seiko – то есть часы с ТВ и радио, – выпущенный в 1973 году! Цветной! Я от аппарата был в полном восторге, а когда обнаружил, что часы соединяются элегантным проводком с черной коробочкой размером не больше видеокассеты (помните анекдот про советские суперчасы с батарейками в чемодане?), вообще обрадовался безгранично. Только подумать – 1973 год!
Еще нам показали первые в мире кварцевые часы, тоже выпущенные Seiko, и вообще всякие разные часы и карманные цветные телевизоры, которые сняли с производства еще до моего рождения. Удалось мне посмотреть и на струйный принтер Epson, который летал в космос, очередной карманный медиацентр (обзор напишу через номер-другой) и ряд других новинок и предметов технологического антиквариата, как любопытных, так и не очень. Но гвоздем выставочной программы стала, бесспорно, электронная бумага.
В апреле прошлого года Epson объявила, что ей удалось создать опытные образцы электронной бумаги, однако с тех пор их не видел никто, даже сотрудники российского подразделения компании. Но вот наконец-то электронную бумагу показали, и показали именно нам.
На фотографии (см. стр. 7) вы как раз и видите прототип. Штука эта производит впечатление какой-то ненастоящей, то есть в первый момент у меня было подозрение, что это муляж, в который кто-то, видимо враг, засунул распечатанный на матовой бумаге черно-белый рисунок с текстом. Но потом к прототипу подошел президент Epson Europe B.V., нажал на кнопку – и изображение за две секунды изменилось!
Выглядит обалденно. Разум отказывается понимать, что изображение состоит из наэлектризованных частиц, а не напечатано на бумаге. Соответственно, в отличие от КПК, чтобы читать текст на электронной бумаге, необходимо освещение, как и для чтения любой книжки, но при этом электронная бумага не бликует, не отсвечивает под прямыми солнечными лучами. («Да, а где мой КПК?» – это я в ужасе заметался по сиденью, так как еду сейчас в поезде из Милана в Модену на встречу с представителями AMD. Ага, вот он. Уф.) Товарищ Барсуков такие штуки не любит (см. его статью про электронную книжку), а я еще не знаю, нравятся ли они мне, не пробовал ими всерьез пользоваться.


Названию «электронная бумага» разработка Epson соответствует. Даже на уровне прототипа. Первый массовый продукт на ее основе нам обещают года через три, и мне кажется, что у хорошо продуманных девайсов на базе данной технологии будут неплохие шансы на успех. Конечно, нужно инфраструктуру подготовить и пользователям в деталях рассказать, что им предлагают, но с этими задачами, надо полагать, Epson справится.
Следующим пунктом нашей программы был непосредственно форум, то есть общение специалистов компании и приглашенных ученых в формате дискуссии. Впрочем, во время этой самой дискуссии компания продемонстрировала еще одну разработку – технологию, которая позволяет объединять изображения с нескольких изолированных проекторов. Работает эта штука прекрасно, так что, вероятно, имеет смысл ожидать появления в продаже неких мультипроекторов, способных генерить изображения сложных форм и пропорций, а главное, титанических размеров.
Удивительно, но вопросы обсуждались очень увлекательные, а темы докладов были – закачаешься. Разумеется, не все йогурты одинаково полезны и не все доклады одинаково интересны, но пара из них заставила меня задуматься.
Возникает вопрос: «Зачем Epson тратит силы и ресурсы на проведение таких абстрактных, казалось бы, мероприятий? Не лучше было бы на те же деньги рекламой закупиться в разных журналах?» Ответы на эти вопросы есть.
В основе деятельности любой организации лежит некая стратегия, в рамках которой формируется тактика. Выработка стратегии для любой транснациональной компании – фантастически сложная задача, которая полностью базируется на абстрактных умозаключениях. На людях, делающих эти самые абстрактные умозаключения, лежит немыслимая ответственность, что обязывает их быть очень умными. Именно поэтому менеджеры Epson готовы совершенно серьезно думать о том, как повлияют на современное общество и культуру продукты компании, какими они должны быть, чтобы влиять на культуру и общество, ведь иначе их просто никто не станет покупать, ибо никому из нас не нужен товар, который не привнесет в нашу жизнь что-нибудь новое.
Вообще, можно долго распинаться о том, насколько интересны люди, которые управляют социальными системами, такими как транснациональные корпорации или, как вариант, государство. Но это тема для отдельной статьи, и если вы, уважаемые читатели, сочтете нужным, чтобы мы написали, допустим, о технологии кластерной визуализации социальных сетей или некоторых аспектах современных средств коммуникации применительно к общественным связям, то мы напишем. Обязательно. Но так как я не уверен, что надо, писать пока не буду, хотя в том числе эти темы, пусть и в контексте бизнеса Epson, на форуме обсуждали многие умные люди. И вообще, на мероприятии я чрезвычайно удачно пристал к одному из приглашенных профессоров и договорился о том, что по дороге на CeBIT, куда я вскоре отправляюсь, заеду к нему, чтобы он мне рассказал поподробнее о своей деятельности, ибо интересно мне так, что скулы сводит. Вообще, толпа разумных людей в одном месте – это добро. Так всем и передайте.
Широко раскрыв рот, целый день я слушал дебаты с участием людей, которые забыть успели больше, чем мне когда-либо суждено понять. Если честно, в конце дня я был выжат как лимон, ведь ничто не утомляет так, как постоянные попытки в чем-либо тщательно разобраться (или приседания со штангой), поэтому несказанно обрадовался, узнав, что нам предстоит ужин с Ольгой и коллегами, поужинал с ними, посетил очень странный мемориал, посвященный не знаю чему (узнаю – напишу отдельно), добрался до отеля, отоспался, а на следующий день улетел в Милан.

AMD
Зачем меня позвала компания Epson, я ясно понимал: обо всем подробно рассказали, пресс-релиз прислали. А зачем меня позвала компания AMD, было не очень ясно, потому что завод Ferrari – это интересно, но не до конца понятно, а уточнять задачи времени не было.
В очередной раз полетав на самолете класса «лоу-кост», я оказался в аэропорту Милана, откуда мне надо было срочно отправляться в Модену (ударение на третьем слоге). Сразу выяснилось, что до вокзала из аэропорта добираться около сорока пяти минут, а поезд у меня через полчаса. Как следствие, я доблестно на него опоздал и вынужден был ехать на следующем.


Миланский вокзал – сооружение титанических размеров и по европейским меркам загаженное. Курить разрешено везде, под каждым третьим ларьком – чернокожий бомж, все бухают и матерятся на множестве языков. Потратив двадцать минут на освоение итальянской системы покупки железнодорожных билетов, я – скорее благодаря случайности, нежели собственной догадливости – залез в нужный поезд, немедленно затусовал с группой каких-то странных граждан, поругался с негром, который был недоволен тем, что я на английском попытался у него узнать, правильный ли это поезд, и состав тронулся.
Итальянские электрички ночью более понятны русскому человеку, чем, например, немецкие. Раздающиеся то и дело вопли из разных купе, звон перекатывающихся бутылок в тамбуре, клубы табачного дыма, плавающего по вагону, кучки каких-то мутных граждан… В общем, я даже несколько расслабился, зная, что даже если и потеряюсь в такой обстановке, то точно не пропаду.
Через пару часов я вышел на вокзале славного города Модены и в очередной раз озадачился пустотой и тишиной, которые наступают в Европе после 23:00 чуть ли не везде. Ни людей, ни машин. Разве что группы граждан в капюшонах, стоявшие на углах, заинтересованно провожали запоздавшего прохожего взглядами. По идее, меня должно было ожидать такси, но где-то что-то не сложилось, поэтому мне пришлось быстро узнать у Тани Пластининой (сотрудницы AMD, добровольно взвалившей на себя нелегкую ношу – быть моим ангелом-хранителем на втором этапе поездки, спасибо тебе, Таня!) название отеля, поймать такси с почти не говорящим по-английски, но веселым водителем, показать ему SMS с адресом отеля и успешно туда доехать.
В отеле меня встретила разудалая компания журналистов из разных стран Европы, Таня, Назели (сотрудница агентства, которое помогало AMD всех собрать) и совершенно фееричный Пьер Брансвик, который не просто региональный менеджер AMD по странам Восточной Европы, Ближнего Востока и Африки, но еще и профессор, член советов директоров кучи компаний и вообще здоровенный лысый весельчак, постоянно говорящий афоризмами.
После знакомства присутствующие приняли решение разойтись спать, так как на следующий день нам предстояла экскурсия на завод Ferrari.
Я поселился в номере, еще маленько поудивлялся тишине на улицах (было начало третьего), убедился, что в гостиничном телевизоре нет моего любимого EuroNews, зато есть Al Jazeera, алжирский, марокканский и еще ряд каналов на арабском и других непонятных мне языках, разобрал вещи и отправился спать.
Утро было хмурым: сказывался недосып. Нас погрузили в автобус, и, возглавляемые господином Брансвиком, который не переставал веселиться и отдавать распоряжения сотрудникам по двум мобильным телефонам одновременно, мы отправились в гости к Ferrari.
Необходимая ремарка. Мне машины безразличны. То есть совсем. Все машины, которые у меня были, я продал, потому как пользоваться ими для удовольствия не могу – предпочитаю ездить на метро. Поэтому, наверное, любой неравнодушный к автомобилям человек на моем месте испытал бы восторг. Мне же было просто интересно.
Завод Ferrari – это вам не шутки. Нам показали практически весь процесс производства этих нетривиальных автомобилей, начиная со сборки двигателей и заканчивая покраской кузовов. Это было первое посещение автомобильного завода в моей жизни. Не знаю, как изнутри выглядят остальные, но там было чрезвычайно красиво и чисто.
Вообще, производственный комплекс Ferrari – это здоровенная и ухоженная территория, на которой расположены офисный центр, музей, сам завод, состоящий из нескольких цехов, трасса, на которой свежесобранные машины обкатывают, дата-центр и еще куча разных помещений, где побывать мы не успели. По территории в разных направлениях довольно быстро гоняют готовые или полуготовые Ferrari, поэтому по проезжей части ходить опасно. Наиболее понятными из того, что мне показали, были музей, дата-центр и сама трасса, поэтому о них и расскажу более подробно, чем о заводе.
Повторюсь: не знаю, как собираются другие машины на других заводах, но Ferrari точно собирают тщательно. Более вменяемых рабочих я, пожалуй, еще никогда и нигде не видел. Впрочем, я могу их понять: что-нибудь сделал некачественно – и все, одним богатым клиентом не просто меньше, но на свете меньше, так как у его машины колесо отвалилось.


Вблизи автомобили Ferrari выглядят, конечно, очень круто, ну да какой из меня ценитель… В общем, я был рад, когда нас отвели сначала в дата-центр, а потом в музей.
Вот дата-центр, построенный (надо ли повторяться?) по технологиям AMD, – это да. Фотографировать там нельзя, чтобы враги технологические секреты не уперли, поэтому ограничусь описанием.
Он представляет собой просторное, хорошо продуваемое помещение, наполненное стойками с серверами. Задняя стена зачем-то сделана из зеркал. Из-за столь интересного дизайнерского решения я чуть не пострадал, ибо, широко шагая вдаль между серверами, только в последний момент сообразил, что это зеркало, и едва не вписался в него с размаху. Но, вовремя узнав свое отражение, избежал беды.
А ведь дата-центр AMD выполняет все вычисления, необходимые «конюшне» Ferrari (как кокетливо ее называют). Все, начиная с обсчета аэродинамики болидов «Формулы-1» и заканчивая, подозреваю, зарплатой уборщиц на территории завода, проходит через эту титаническую систему. Особенно меня поразил энтузиазм руководителей дата-центра, которые про систему охлаждения помещения рассказывали так, как Нил Армстронг – о своих впечатлениях от посещения Луны.
Однако больше всего мне понравилось в музее. Мне показали не только машину стоимостью десять миллионов евро (см. фото на стр. 10), – испытал детское желание что-нибудь от нее отколупнуть на память, но мужественно сдержался, – но и множество автомобилей из разных эпох «Формулы-1». Впечатляет, но болиды даже как машины не выглядят, а напоминают нечто летающее. Потом, они гораздо меньше, чем мне казалось по телевизору, да и весят, согласно регламенту, не более шестисот килограммов. Не для дачи, в общем.


После посещения дома основателя компании, где сейчас музей его имени и место отдыха для испытателей Ferrari, нас повели посмотреть на трассу. Там как раз какой-то испытатель со страшной скоростью гонял на желтой Ferrari (не гоночной – серийной). Честно признаюсь: смотреть гонки по телевизору интереснее. Там хотя бы режиссер есть, операторы работают, действие понимаешь в целом, а вживую… Сидишь на трибуне, что-то яркое мимо – у-у-у-у-у! Уехало, и нет его, и только ветер свистит в камышах. Через минуту на другом конце трассы что-то яркое – у-у-у-у-у! И тоже уехало.
Собственно, на том посещение завода Ferrari и закончилось. Наша веселая компания погрузилась в автобус и поехала на ужин, где в непринужденной обстановке мы обсуждали разное.
Уже поздно вечером, в отеле, я пристал к господину Брансвику с просьбой дать мне короткое интервью. Он любезно согласился и ночью в баре отеля минут сорок терпеливо отвечал на мои вопросы. Пьер оказался крайне интересным человеком, и я надеюсь, что через пару недель я сумею найти время, чтобы расшифровать запись. Мы это интервью обязательно опубликуем: оно того стоит.
А наутро начался долгий путь домой. На такси – до вокзала, на электричке – до Милана, потом через всю Европу – на самолете, вечер, проведенный с группой моих старых интернет-знакомцев, не поленившихся ради такого дела на денек собраться в Европе, знакомство с писательницей-сикхом, которая пишет в европейские газеты о проблемах глобальной миграции, здоровый сон – и все. Вечером следующего дня я уже привычно стоял в пробке по дороге из Шереметьево домой.

Благодарности
Очень и очень сильно хочется поблагодарить тех людей, без которых у меня не было бы такого замечательного путешествия. Перечислю их. Сотрудники компании Epson – Лена Жигулева, Маша Хлюстова и, конечно же, Ольга Подколзина. Сотрудница компании AMD –  Таня Пластинина. Привлеченные специалисты – Назели Атабекова и Лена Нестерова. Спасибо вам всем огромное, если бы не ваша забота, я бы где-нибудь пропал на просторах Европы и не написал этот текст! UP

 

Что такое пресс-тур

К раткая вводная для тех, что недавно читает UPgrade или по каким-то причинам пропускал наши прошлые репортажи. Пресс-тур – это такая специальная поездка, для которой та или иная почтенная организация собирает журналистов, возит их по разным интересным местам и показывает им всякие увлекательные (как правило) вещи. Смысл затеи для компании заключается в том, что человек, который увидел что-то интересное своими глазами, способен рассказать об этом лучше, чем тот, кто не видел. Смысл для журналистов – посмотреть своими глазами на интересное и потом поделиться впечатлениями с читателями. При грамотной организации в выигрыше остаются все, начиная с читателей и заканчивая компаниями, поэтому обычно такие путешествия проходят хорошо. Правда, иногда бывают странности. Например, однажды меня позвала в гости на завод одна крупная организация – производитель мобильных телефонов, привезла на место и не только запретила фотографировать, но и само производство показывала через маленькую застекленную амбразуру. Конечно, мне ничего внятного написать так и не удалось, потому что я ничего толком не увидел и не узнал. Впрочем, на сей раз все прошло на высоком идейном уровне, глупых показов интересного через мутные форточки не было.

Полеты на халяву

А виаперевозчики категории «лоу-кост» (от англ. low-cost – «низкая цена») появились около шести лет назад, после терактов в США, и стали ответом авиаиндустрии на катастрофическое снижение популярности авиаперелетов. Не стану описывать бизнес-модели таких авиакомпаний в деталях, ибо не специалист, но, насколько я понимаю, берут они одним – ценой. Перелет из Берлина в Милан ночным рейсом при покупке билета за три недели стоит ?12 (не опечатка!), а перелет из Берлина в Москву – ?108. Из Милана в Брюссель – ?56. Чтобы держать цены на таком уровне и не вылететь в трубу, «лоу-косты» экономят на всем. Кресла установлены еще теснее, чем в экономклассе обычного авиаперевозчика, на борту кормежка и напитки – только за отдельные деньги. Билет сдать обратно нельзя, купить его можно только через интернет, сажают стадом, как в автобус, то есть где успел занять место, там и сиди (правда, за несколько евро оказывают услугу speedy boarding – это когда тебя первого запускают в самолет, а значит, у тебя есть минута на выбор места). Багаж оплачивается отдельно, с собой разрешено взять лишь то, что ты в состоянии без посторонней помощи закинуть на полку над сиденьем. А еще на самолетах этих авиакомпаний мне пока попадались только страшные и старые стюардессы.
Сколько точно авиакомпаний класса «лоу-кост» совершают рейсы в РФ, я не знаю. Но вот, например, из Внуково можно добраться до Берлина за ?108 самолетами авиакомпании GermanWings (www.germanwings.com), а внутри Европы я перемещался на самолетах EasyJet (www.easyjet.com).

Про фото

У важаемые читатели! Я не умею и поэтому не люблю фотографировать. Те полторы фотографии, которые у меня получились удачно (относительно удачно), мы в статью поставили, а все остальное – это пресс-материалы, любезно предоставленные мне гостеприимными организаторами мероприятий. Но зато я умею и поэтому люблю писать статьи: надеюсь, это компенсирует отсутствие вменяемого авторского фотоальбома.

Remo

Никто не прокомментировал материал. Есть мысли?