2 года назад 5 октября 2016 в 18:55 368

Вот уже много лет по работе мне приходится общаться с сотрудниками различных организаций, базирующихся в Азиатско-Тихоокеанском регионе и, что неудивительно, имеющих непосредственное отношение к высокотехнологичной индустрии.

Применительно к конкретной ситуации это означает, что процентов пятнадцать контактов в моей «аське» – люди с китайскими и корейскими фамилиями. Я давным-давно научился давать свою визитку, держа ее двумя руками и мелко кланяясь, окончательно смирился с китайской кухней и напитками и даже полюбил кое-какие блюда (не все!).
Однажды знакомые тайваньцы, работающие в России, позвали меня пообщаться в неформальной обстановке. Они здесь по делу не первый год, торгуют разного рода оборудованием: от медицинской техники и веб-камер до запчастей к бульдозерам и DVD-болванок – и даже успели привыкнуть к московским зимам. Более того, санки и лыжи освоили!
Общение шло традиционно вплоть до того момента, пока один из моих азиатских товарищей не выпил 1,75 рюмки водки вместо своей нормы в полторы рюмки. Он стал более словоохотливым, чем обычно, и битый час рассказывал мне о том, как на самом деле устроены рынки, на которых он работает. Я его выслушал, а потом, пообещав не упоминать названия компаний, о которых он мне поведал, попросил разрешения по мотивам его исповеди написать заметку. Он разрешил, так что, уважаемые читатели, слушайте сказку.
Есть на свете большая преуспевающая компания родом откуда-то из Азии. Сейчас не очень важно, откуда именно она взялась. К настоящему моменту сия славная организация обросла тремя десятками филиалов и дочерних структур в разных странах мира, располагает тремя современными заводами по производству разного высокотехнологичного добра и еще больше продукции заказывает по аутсорсингу, содержит презентабельный R&D-центр, платит стипендии умным студентам в азиатских университетах и т. д., и т. п. Не лидер рынка, но и не середнячок, обороты стабильно растут ежегодно лет десять кряду (хотя традиционно так почти все говорят независимо от реального положения вещей), и никаких проблем вроде не предвидится.
Особой гордостью компании является R&D-центр, где трудолюбивые инженеры из разных стран мира денно и нощно изобретают полезные технологии, которые компания потом реализует в своих продуктах. Работает это подразделение успешно: в среднем за год фирма регистрирует около пятидесяти патентов, прототипов новых устройств тоже немало делает. Казалось бы, знай себе обновляй линейки газонокосилок и гарнитур с веб-камерами да деньги полученные считай! Ан нет, не все так просто.
Оказывается, это только на поверхности тишь да гладь, а на самом деле проза жизни куда более сурова. Например, придумал инженер после двух лет напряженных исследований какую-нибудь технологию, которая, к примеру, увеличивает срок службы неважно какого устройства на 25%. Приходит изобретатель к своему инженерному начальству, и после тщательных тестов оно дает добро на внедрение. Инженер в предвкушении премии готовит пакет технических документов, собирается его согласовывать с производственниками… Но вдруг приходит электронное письмо из финансового и маркетингового подразделений, смысл которого можно передать словами: «Вы что, совсем там обалдели?»

Выясняется, что ни о каком внедрении технологии и речи быть не может, поскольку продажи еще не окупили внедрение предыдущей технологии энергосбережения, которая была разработана четыре года назад. Согласно планам финансового департамента, предыдущая разработка окупится только через полтора года, поэтому новое изобретение рекомендуется немедленно положить на полку вплоть до 2021 года.
Признаюсь, в рассказ я не сразу въехал, поскольку никак не мог понять: у нас же вроде на дворе гонка технологий, разве не является неоспоримым конкурентным преимуществом увеличенное время работы устройства? Не вредно ли бизнесу, если идет плановая задержка внедрения новых возможностей во имя окупания старых? Почему вообще так странно все?
По словам моего знакомого, с подобными внутренними проблемами сейчас сталкивается немало технологических компаний. И не только технологических: к примеру, полный цикл разработки современного лекарства в наши дни занимает несколько лет и стоит несколько сотен миллионов долларов. Учитывая то, что далеко не каждое лекарство становится хитом продаж, а стоимость разработки постоянно увеличивается, представляете, сколько параллельных разработок должны финансировать фармацевты, чтобы просто оставаться на плаву?
Как сказал мой визави, у его компании в запасе с полдесятка технологий (не мегасуперкрутых, но вполне себе удачных), способных значительно улучшить потребительские качества хотя бы того же медицинского оборудования, которым она торгует. Но у нее не хватает оборотного капитала, чтобы организовать обновленное производство, и поэтому компания смирно ждет, пока технологии предыдущего поколения не окупятся полностью. И у конкурентов точно такая же ситуация.
Что сказать о происходящем? С одной стороны, все жалуются на отсутствие оригинальных технологий, которые сделали бы индустрию интереснее, с другой – потенциальная скорость внедрения технологий в производство обратно пропорциональна сумме расходов на эти радости, которая в последние десятилетия непрерывно растет (равно как и время, необходимое для создания чего-то принципиально нового).
Тайванец этот вообще высказал неожиданную мысль. Он глубоко убежден, что через какое-то время разработки по-настоящему полезных для потребителей технологий будут по карману только суперорганизациям, вернее, даже консорциумам суперорганизаций, как принято в аэрокосмической отрасли. И когда это произойдет, то окажется, что компании, являющиеся сейчас непримиримыми конкурентами, вынуждены будут делить один апельсин на всех. И, как водится, окончательно победит маркетинг, как он уже победил на большинстве рынков товаров для конечных пользователей.
Благостные времена, когда технологии создавались с помощью двух палочек и одной веревочки, давным-давно прошли. И теперь скорость прогресса для конечного пользователя зависит не только от наличия новых технологий в запасе у производителей, но и от того, окупились ли технологии старые.
Так что у нас теперь даже развитие не бескорыстное. Азимов остался бы недоволен. И Лем тоже.

Один комментарий. Можете что-то добавить?

“Печальное” технологическое будущее в профессиональном и потребительском сегменте рисуется, однако. Одна услада – нще не освоенные рынки, например: аугментаций, 3-D печать промышленная, возможно, но скорее всего вряд-ли, электрокары.